6 февраля на телеканале «Культура» прошла передача «Энигма». В гостях у телеведущей Ирины Никитиной побывала лауреат международных конкурсов, известная в нашей стране и за рубежом исполнительница на домре и мандолине Екатерина Мочалова. В январе, в Камерном зале Московской филармонии, состоялся вечер, открывший абонементный цикл «Парад солистов Национального академического оркестра русских народных инструментов России имени Н. П. Осипова», – концерт солистки оркестра Екатерины Мочаловой, выступившей в дуэте с пианисткой из Санкт-Петербурга, лауретом международных конкурсов Зариной Шиманской.
Когда я впервые увидела Екатерину Мочалову на сцене, то почему-то сразу вспомнила картину художника Константина Васильева «Жница». Кажется, что Екатерина чем-то похожа на изображённую на ней славянскую девушку – белокурую красавицу, облокотившуюся на ствол берёзы, на фоне огромного золотистого пшеничного поля за её спиной. Голову жницы украшает венок из васильков, а полукруглый серп в её руке симметрично «отражает» выделяющийся на сиреневом небе контур полумесяца Луны, символизируя вечный круговорот жизни и гармонию с природой.
Не случайно говорят, что выбранный музыкантом инструмент является отражением внутреннего «я» музыканта. Если гусли «звончатые, яворчатые» являются музыкальным символом Древней Руси, балалайку называют «говорушечкой» и олицетворением России, баян – «весельчаком» и «русским богатырём», то домру – любимый инструмент русских скоморохов – величают «песельницей». По мнению Е. Мочаловой, домра – это женское олицетворение русской инструментальной культуры и трепетности русской души.
Удивительная красота тембра домры, отличающегося высокой певучестью, – яркого, звонкого, но при этом мягкого, тёплого и бархатистого, задушевная проникновенность и в то же время мощная экспрессия звучания, его «объёмность», стереофоничность и одновременно трогательность, «лучистость» – вот те впечатления, которые живут в каждом, кто слышал игру Екатерины Мочаловой – обладательницы уникального исполнительского стиля, характеризующегося редким тембровым многообразием и высоким виртуозным мастерством. Тембр её инструмента каждый раз преображается в зависимости от поставленной художественной задачи. В то же время, она всегда полностью поглощена музыкой, что никогда не оставляет публику равнодушной. Игра Е. Мочаловой покоряет, прежде всего, редким и особенным звуком – не просто красивым, но и несущим глубокий содержательный аспект так называемого русского стиля, проявляющегося в выразительном интонировании, в пропевании всего музыкального материала, позволяющих озвучивать инструмент мягко, но наполненно, придавать нюансу p (пиано) особую глубину и трепетность, а нюансу f (форте) – насыщенность и широкий размах.
Е. Мочалова родилась в городе Барановичи (Брестская область, Беларусь). Окончив ДМШ и музыкальное училище в Витебске по классу домры, которую, по её собственному признанию, она полюбила буквально с первого взгляда и с первого прикосновения, Екатерина поступила в Российскую академию музыки имени Гнесиных, которую окончила в 2012 году (класс профессора В. Круглова), в 2016 году – ассистентуру-стажировку академии. Стажировалась также в Германии и Австрии.
Обладательница золотой медали X Молодежных Дельфийских игр России (Тверь, 2011 год), I премии таких конкурсов, как конкурс мандолинистов в Японии (Токио, 2012 год), Осакский международный фестиваль-конкурс мандолинистов (Япония, 2013 год), Всероссийский музыкальный конкурс (Москва, 2013 год), Международный конкурс исполнителей на балалайке и домре имени П.И. Нечепоренко (Москва, 2016 год). С 2012 года Екатерина Мочалова является солисткой Национального академического оркестра народных инструментов России имени Н.П. Осипова, с 2019 года – концертмейстером.
Будучи виртуозной исполнительницей не только на домре, но и на мандолине, Екатерина Мочалова является первой исполнительницей сочинений для домры и мандолины Александра Чайковского, Михаила Броннера, Кирилла Волкова, Ефрема Подгайца, Александра Цыганкова, Кузьмы Бодрова. Сотрудничала с Государственным академическим симфоническим оркестром России имени Е.Ф. Светланова, камерным ансамблем «Солисты Москвы», Государственным камерным оркестром «Виртуозы Москвы», Городским камерным оркестром Гонконга, Классическим оркестром Мадейры (Фуншал, Португалия) и другими коллективами. Выступала с концертами в Финляндии, Германии, Италии, Испании, Франции, Португалии, ЮАР, Японии, Китае.
С 2015 года преподает на кафедре струнных народных инструментов (с 2024 года – кафедра гитары, домры, балалайки) Российской академии музыки имени Гнесиных (в настоящее время доцент), руководит в академии проектом «Антология домры». Также работает доцентом кафедры народных инструментов Тамбовского государственного музыкально-педагогического института имени С.В. Рахманинова. Проводит мастер-классы в рамках Всероссийского молодежного образовательного форума «Таврида», образовательных центров Юрия Башмета, творческого проекта «Класс от маэстро», творческой школы фонда «Новые имена». Принимает участие в жюри исполнительских конкурсов. Является автором идеи проведения и художественным руководителем фестиваля современного домрового искусства «Prima Domra» (Тамбов).
Домра – инструмент, дошедший до нас из глубины веков. По мнению исследователей, предки домры были известны ещё в IV веке до н.э. в Древней Ассирии. Этот старинный щипковый инструмент под названием «танбур» проник в Россию через Персию, которая активно торговала с Закавказьем и Малой Азией. Инструменты, близкие русской домре, есть и у народов других стран. Так, у казахов – это домбра, у туркменов и узбеков – дутар, у таджиков – дутор, а у башкир – думбыра. В Европу подобные инструменты проникли в раннем Средневековье и получили наименование лютневых.
Первым русским историческим письменным свидетельством о домре можно считать запись в старинной новгородской книге конца XV — начала XVI веков о Калинке-«домрачее». Непосредственное же название инструмента обнаруживается только в памятниках XVII столетия. К тому же времени относятся поговорки «рад (то есть, радеет) скомрах о своих домрах», «любить — игра, купить — домра», «у Ерёмы гусли, у Фомы домра».
Известно, что домра была одним из любимейших инструментов скоморохов, наряду с гуслями, волынками, сурнами, бубнами и другими инструментами. Играя на домрах разных размеров (домришке, домре, домре басистой), скоморохи распевали шуточные и сатирические песни, в которых они нередко высмеивали представителей власти и духовенства, за что подвергались гонениям, а инструменты их уничтожались. Так, в 1654 году пять доверху нагруженных инструментами возов были публично сожжены на берегу Москвы-реки. Постепенно, к концу XVII века, домра вышла из употребления. Но, как известно, природа не терпит пустоты, и на смену домре пришла балалайка.
Новую жизнь русским народным инструментам сумел дать выдающийся музыкант-просветитель, исполнитель на балалайке и создатель первого в мире оркестра русских народных инструментов Василий Андреев. В 1887 году он организовал «Кружок любителей игры на балалайке» (изначально это был ансамбль из восьми музыкантов), первый концерт которого состоялся в 1888 году.
В 1896 году в Вятской губернии обнаружили струнный инструмент с полусферическим корпусом. Учёные до сих пор спорят, был ли найденный инструмент действительно старинной домрой. Но он попал в руки В. Андреева, который в ту пору как раз занимался восстановлением старинных народных музыкальных инструментов. Андреев отправился к своему сподвижнику – знаменитому мастеру Семёну Налимову. Вместе они разработали конструкцию реконструированной домры (круглый корпус, средней длины гриф, три струны, квартовый строй), а затем семейство трёхструнных домр.
К тому времени у В. Андреев уже руководил ансамблем балалаек. Но для воплощения его гениальной идеи создания первого в мире оркестра русских народных инструментов нужна была ведущая мелодическая группа инструментов, и восстановленная домра идеально подходила на эту роль. В 1896 году В. Андреев расширил состав ансамбля и ввёл в его состав, наряду с балалайками, домры, гусли и другие древнерусские инструменты. Это год рождения Великорусского оркестра. В. Андреев дал название оркестру по составу инструментов, принадлежащих к средней и северной полосам России, то есть к Великороссии, или древнему государству Московскому.
В связи с историей Великорусского оркестра следует назвать также имя профессионального композитора и пианиста Николая Фомина. Если В. Андреев был главным генератором идей, то Н. Фомин стал музыкантом, сыгравшим ведущую роль в том, что домры и балалайки встали на путь развития как академические инструменты.
В 1908 – 1917 гг. исполнитель на домре, дирижёр, этнограф и педагог Григорий Любимов (1882 – 1934) вместе с мастером Сергеем Буровым сконструировал и изготовил четырёхструнную домру. У каждой домры свои преимущества: у четырёхструнной больше диапазон, у трёхструнной более мягкое благородное звучание.
Таким образом, к XXI столетию домра оказалась востребована в разных областях музыкального творчества – как сольный концертный инструмент, в ансамбле с различными инструментами однородного, либо смешанного состава и как ведущий голос в оркестре русских народных инструментов. Кроме того, в последние десятилетия домра используется в сочетании с инструментами симфонического и даже эстрадно-джазового оркестра, привнося тем самым новые краски в общую тембровую палитру современной музыки.
Так, в программу концерта Екатерины Мочаловой в Камерном зале Московской филармонии, прошедшего в рамках абонементного цикла «Парад солистов Национального академического оркестра русских народных инструментов России имени Н.П. Осипова», вошли сочинения русских и зарубежных композиторов от эпохи барокко до наших дней.
Открыла вечер «Чакона» Томазо Антонио Витали (1663 – 1745) в транскрипции Леопольда Шарлье (1867 – 1936). Итальянский композитор и скрипач эпохи барокко, представитель знаменитой музыкальной династии Томазо Антонио Витали вошёл в историю музыки, прежде всего, как автор Чаконы соль минор для скрипки и бассо континуо, ставшей одним из самых исполняемых сочинений в репертуаре скрипачей. Сочетание строгой полифонической школы с виртуозными скрипичными приёмами, характеризующие стиль Т. Витали, оказали влияние на развитие скрипичной техники, предвосхитив достижения А. Корелли и А. Вивальди. Особую популярность Чакона Томазо Антонио Витали снискала в эпоху позднего романтизма благодаря бельгийскому скрипачу-виртуозу Леопольду Шарлье, сделавшему её транскрипцию в стиле виртуозных опусов Николо Паганини. С того момента Чакона стала одним из самых исполняемых сочинений в репертуаре скрипачей. Тем более интересно было услышать шедевр скрипичной музыки в переложении для домры и фортепиано. Звучание домры Екатерины Мочаловой, сопровождаемое чутким аккомпанементом фортепиано Зарины Шиманской, вознесло слушателей к невиданным высотам, заставляя заново пережить и прочувствовать широчайший спектр эмоций и мыслей, заложенных в этом великом произведении.
Новая и Новейшая музыка ХХ – начала XXI веков стала эпохой глобальной полифонизации мышления, и не только музыкального. Такие термины, как «многоголосие», «контрапункт», «полифония» широко используются и в других научно-гуманитарных областях. Именно полифония отражает суть диалогической картины сегодняшнего мира и нового мышления современного композитора, проникая во все жанры и формы и существенно влияя на их смысл и выразительные возможности.
К числу отечественных композиторов, в творчестве которых полифония занимает важнейшую позицию, принадлежит Ефрем Подгайц (р. 1949). В исполнении Е. Мочаловой и З. Шиманской прозвучала мировая премьера «Приношения И. С. Баху» Е. Подгайца – полифонического концерта для домры и фортепиано в девяти инвенциях. Его интерпретация в исполнении Е. Мочаловой и З. Шиманской отличалась продуманной до деталей выстроенностью формы и её логическим развёртыванием, «стереофоническим» звучанием полифоничного многомерного пространства с его контрастами как основой барочного мироощущения. В этом бесконечном калейдоскопе противостоящих друг другу тембро-линеарных пластов нашла своё выражение идея бесконечности мира.
На сольных концертах Е. Мочаловой всегда аншлаг: репертуар домристки в сочетании с её покоряющим исполнительским мастерством притягивает слушателей подобно магниту. Она является также автором переложений для домры, в числе которых выделяется «Интродукция и рондо-каприччиозо» Камиля Сен-Санса (1835 – 1921) – виртуозное скрипичное сочинение, блистательно исполненное ею в дуэте с пианисткой в собственной оригинальной транскрипции для домры и фортепиано.
Е. Мочалова стремится открыть для себя и публики как можно больше новой музыки для домры. Сочинения современных композиторов звучат на её выступлениях почти всегда. По признанию Екатерины, каждый композитор по-своему слышит звучание домры (и мандолины, являющейся «итальянской сестрой» русской домры и ещё одним её инструментом, которым она виртуозно владеет), открывая в нём какие-то новые грани. Именно таким композитором является наш выдающийся современник, композитор Александр Чайковский (р. 1946), отмечающий в феврале свой юбилей.
Музыка А. Чайковского, продолжающая и развивающая лучшие традиции русской музыкальной культуры, вместе с тем созвучна времени, духовным поискам человека последней четверти ХХ – начала XXI вв., его размышлениям о жизни и смерти, о любви, о мире и судьбах человечества. Слушателей подкупает и сила лирического дарования композитора, и свойственная ему близость романтическому мироощущению. В то же время романтическое начало, ярко и самобытно преломляющееся в музыке А. Чайковского, органично сочетается с присущим композитору тонким чувством юмора. Его музыка имеет свой собственный самобытный звуковой мир, сосредоточенный на новом осознании и новаторской трактовке элементов музыкальной речи – интонации, гармонии, тембра, звука.
Ведущую позицию в творчестве А. Чайковского занимает музыкальный театр, интерес к которому сопровождает композитора на протяжении уже более полувека. Обладая яркой самобытной творческой индивидуальностью, А. Чайковский великолепно чувствует природу театра. Игровая логика построения художественной реальности во многом определяет жанровую и стилистическую природу музыкального театра А. Чайковского. Композитор обнаруживает также в себе умение чутко перевоплощаться в разные стили и эпохи. Большую роль в этом перевоплощении острый характеристический дар композитора и его тонкая колористическая чуткость. В каждом своём опусе он достигает виртуозных красочных результатов, то используя необычные составы, то вводя своеобразные и нетрадиционные приёмы звукоизвлечения. Яркий тому пример – его трёхчастная Сюита для домры и фортепиано. Московская премьера Сюиты стала украшением концертной программы Е. Мочаловой и З. Шиманской.
Названия частей Сюиты – «Шторм», «Цыганская» и «Заутреня» – свидетельствуют о присущей композиторскому мышлению А. Чайковского театральности и выдвижении на первый план яркой звуковой красочности, мастерски продемонстрированными обеими исполнительницами. Так, часть под названием «Шторм» представляет собой пейзажную зарисовку, передавая причудливые краски шумов, связанные со звуковой имитацией явлений «вещного» окружающего мира. Ритмическое и мелодическое своеобразие второй части Сюиты основано на аллюзиях цыганских мотивов, воплощающих неукротимый дух свободы, и нашло своё оригинальное современное звучание в части под названием «Цыганская». В третьей, заключительной части – «Заутреня» – дуэт домры и фортепиано, используя оригинальную фактуру, хроматизмы и специфические приёмы звукоизвлечения, красочно воссоздал звуковые образы русских колокольных звонов.
«Итальянская сестра» русской домры – мандолина – появилась в Италии в XVI веке. Первыми опусами, созданными для неё, стали обработки популярных танцев и песен. В следующем столетии голос мандолины всё чаще стал звучать в оркестре, композиторы вводят мандолину в партитуры кантат, опер и ораторий. XVIII век — период расцвет искусства игры на мандолине.
Снискавшая необычайную популярность и в других странах, она стала излюбленным инструментом в камерном музицировании. В Россию мандолина была завезена итальянцами. В XVIII веке, при императрице Елизавете Петровне, она стала очень популярной в русских аристократических салонах. Известно, что игрой на мандолине увлекалась императрица Мария Фёдоровна, супруга императора Павла I, мать императоров Александра I и Николая I.
«Прелюдия для мандолины соло» современного итальянского композитора и виолончелиста Джованни Соллимы (р. 1962) была написана специально для мандолиниста Ави Авитала. Джованни Соллима выступает с разнообразным репертуаром на самых престижных концертных площадках мира. Как композитор он экспериментирует с музыкой разных стилевых направлений – от классики до средиземноморского фольклора, от джаза до электроники. В Прелюдии для мандолины соло композитор по-новому трактует инструмент, предлагая слушателям всевозможные эксперименты со звуком. В этом сочинении Е. Мочалова сумела найти свой оттенки и тонкие тембральные нюансы.
Не может не восхищать и живущий в Екатерине Мочаловой смелый дух экспериментаторства. Благодаря этому качеству она успешно сочетает в своём исполнительском творчестве домру и орган, домру и хор, домру и джаз…
Мощным финальным аккордом концерта стало исполнение Е. Мочаловой и З. Шиманской виртуозного скрипичного сочинения – Фантазии на темы из оперы Джорджа Гершвина «Порги и Бесс» Игоря Фролова (1937 – 2013) в собственном переложении для домры и фортепиано, использующем технические приёмы и методы аранжировки, направленной на стилистическую точность интерпретации сочинения, представляющего уникальный сплав классической академической формы, джаза, блюза, спиричуэлс и афроамериканского фольклора, как средств современной трактовки домры.
Существует мнение о том, что талантливый человек талантлив во всем. И это в полной мере относится к Екатерине Мочаловой. Нельзя не удивляться и не восхищаться многогранностью её таланта как исполнительницы, педагога, автора идеи, организатора и художественного руководителя Фестиваля современного домрового искусства «ПРИМА ДОМРА» – первого в нашей стране и в мире масштабного культурного события, посвящённого домре, – русскому национальному инструменту с многовековой историей, одному из музыкальных символов России.
Хочется выразить надежду, что Екатерина Мочалова будет и дальше продолжать радовать публику и всех поклонников её таланта своим исполнительским искусством. Во многом благодаря ей и её многогранной деятельности, можно с уверенностью утверждать, что инструментальный универсализм, ставший реальностью сегодня, станет неотъемлемым качеством домриста XXI века и определит будущее домрового искусства.
Ирина Новичкова
