Диалог в поединке

Александр Шпагин о о спектаклях Московского музыкально-драматического театра ANTE на площадке “Книгомания” в МДК

“Читаем вместе”, июль 2022

Я хочу рассказать про театр, который открылся недавно. Точнее, на сегодняшний день это вообще самый молодой театр в Москве, успевший, однако, выпустить за первый год своего существования полдюжины премьер. Четыре из них мне удалось посмотреть.

Но дело, конечно, не в том, что он самый молодой. Дело в том, что он едва ли не самый оригинальный. Дело в том, что он претендует на новый театральный язык. А удается ли это ему – разберемся.

…По дороге к этому театру ты должен пройти Дом книги – тот, что на Новом Арбате 8. Но не мимо пройти, а зайти внутрь, ибо именно внутри оного Дома, на втором его этаже, на площадке «Книгомания» наш театр и располагается. Площадка эта уже сама по себе необычна для театра, стараниями режиссёра и артистов она создаёт атмосферу некого театрального «квартирника», где действие происходит на расстоянии вытянутой руки от зрителей. Это важно, но, конечно, далеко не главное в том что здесь происходит.

Художественного руководителя и главного режиссера театра зовут Владимир Алеников, и он всем известен как кинорежиссер, автор фильмов «Приключения/Каникулы Петрова и Васечкина», «Биндюжник и Король», «Улыбка Бога, или Чисто одесская история», «Война Принцессы», «Странники терпения», «Небесная команда» и многих других. На самом же деле он не только кинорежиссер – он и поэт, и переводчик, и писатель, и драматург… И театральным режиссером он тоже был.

А, может быть, – стал. Неважно. Ценно другое – что театр он создал действительно абсолютно эксклюзивный и абсолютно уникальный. И дело даже не в том, что этот театр соединяет в себе обычное театральное драматургическое действо с оперой, дело в другом – он создает новую художественную матрицу.

Эта матрица очень полемична по отношению к Новому Времени, по отношению к нашему Сегодня. Оно – вот, рядом, бушует на обложках товаров Дома Книги, провоцирует, возбуждает, искушает, пьянит, тупит, а здесь, у Аленикова, в театре «АNTE» (ante по латыни «вперёд») – ты сразу погружаешься в Пространство Культуры. А точнее, входишь куда-то именно поближе к Очагу – отсюда и ассоциации с папой Карло, да и всякие образы наподобие «нетленного очага высокой культуры» всплывают в памяти…

Неудивительно – Культура сегодня ассоциируется с чем-то прошедшим, с Прошлым. Может быть, с неким Прекрасным Прошлым, когда культура была Храмом… Творится своего рода новая утопия, но она неудивительна и вполне закономерна. И Алеников нас в нее возвращает.

Но возвращает-то через слом привычного восприятия, через наложение (а, может, и смещение) двух различных видов искусства – музыки и драматургии, оперы и классического драматического спектакля – соединяет несоединимое. «Острит», играет, экспериментирует – и тоже, конечно, провоцирует. Как и те обложки книг, что за стенкой очага «АNTE». А без этого сейчас и нельзя – время такое, и следовать его метафизике в той или иной степени необходимо везде. Иначе просто окажешься неувиденным, непонятым, неузнанным. Да или просто серым, наконец.

Нет, с Алениковым этот номер не пройдет. Каждый спектакль – парадокс, но каждый спектакль немного предполагает и «ошибку», нарушение в том драматургическом нарративе, который мы уже настроились воспринимать помимо музыки, врывающейся в действие. Сейчас поясню, о чем я. Пока запомним это слово «ошибка». Здесь это – особый ход, «фишка», задающая проблему и, как ни странно, обеспечивающая произведению больший запас прочности, ибо из-за этой «ошибки», этого сдвига оно больше и запоминается.

Но пока я хочу сказать вот о чем. Считается, что нет более несовместимых искусств, чем опера и обычное драматическое представление. Ибо в опере все должно стремиться к тому, чтобы было не как в жизни, а как в Мифе, в привычной же драматургии – наоборот. Иными словами, опере противопоказано жизнеподобие, а в драматическом театре, наверно, возможны, но крайне опасны оперные котурны – из-за них весьма легко скатиться в жуткую фальшь. Опера легко принимает на себя любую странную, условную стилистику, в том числе, и в игре актеров – обычный театр же в подобных случаях обязан работать хирургическими методами, иначе такая ахинея может выйти, что все зрители разбегутся. Мюзикл, аки титан, изо всех сил пытается соединить, скрепить эти драматургии – музыкальную и нарративную, – но все равно, конечно, в итоге склоняется в сторону музыкальной стихии, то бишь, условности. Оперная стилистика в нем обычно побеждает.

Алеников же спокойно разрешает каждому виду искусства оставаться самим собой. В его спектаклях они ведут между собой открытый диалог, иногда спор.

Продолжение читайте: https://vk.com/@chitaem.vmeste-dialog-v-poedinke

Меню